Наш WhatsApp номер +447448355330
14523008_884136248353398_4353925770771015498_n

Обращение общественности Ингушетии в годовщину трагических событий осени 1992 года

Правозащитник Магомед Муцольгов в своем блоге опубликовал обращение ингушской общественности по поводу трагических событий осени 1992 года в Пригородном районе Северной Осетии.

Обращение ингушской общественности
ко всем людям доброй воли, к журналистам, правозащитникам, общественным и политическим деятелям

   30 октября приближается очередная, 24-я, годовщина “черной осени” 1992 года, страшной трагедии для ингушского народа.
В этот день началась тотальная этническая чистка лиц ингушской национальности, проживавших в Пригородном районе Северной Осетии. 70 тысяч изгнанных, полторы тысячи убитых, 175 человека из которых до сих пор не найдены. Таков печальный итог событий тех дней. Официальная версия этих событий – осетино-ингушский конфликт. По факту – геноцид. В истреблении мирного населения участвовали подразделения регулярной армии РФ, вооруженная тяжелой техникой республиканская гвардия, силы МВД и ополченцы Северной Осетии, а также вооруженные формирования “южных” осетин, прибывшие из иностранного государства – Грузии. Это был геноцид, то есть массовое уничтожение людей по национальному признаку, предумышленное создание условий, рассчитанных на физическое уничтожение и безвозвратное изгнание ингушей с территории их постоянного расселения.

Для палачей не имели значение возраст жертв, пол, статус. Только национальность. Люди гибли семьями, к ним врывались в дома, их убивали на работе, снимали с поездов, уводили из аэропорта, забирали из больниц, рожениц с новорожденными из роддомов. Грабили и взрывали дома, стреляя прямой наводкой из тяжелых орудий, переезжали танками, гоняя по полям, схваченных пытали, насиловали, сжигали заживо. По всей территории Северной Осетии руководством властей республики, были организованы концлагеря, куда свезли более 20 000 ингушей, забирая их целыми улицами, кварталами, по заранее составленным спискам.

Это происходило в уже новой, “демократической”, “свободной” России. В этом участвовала Российская армия под предлогом миротворческой миссии. Против мирных жителей применялось оружие массового поражения, вплоть до запрещенных международными конвенциями – есть свидетельства военных о применении ими снарядов 3Ш1 с множеством убойных элементов.

Были уничтожены, полностью или частично, 18 сёл Пригородного района, в которых компактно проживали ингуши. Это Ангушт (Тарское), Базоркино (Чермен). Цорой-Юрт (Донгарон), Яндиево ( Дачное), Гадаборшево (Куртат), Шолхи (Октябрьское), Галгай-Юрт(Камбилеевское), Ахки-Юрт (Сунжа ), Таузен-юрт (Конгарон), Редант, Чми, Балте, Попов хутор, п. Южный, Терк (Длинная долина ), Чернореченское, Планы (п. Карца), Джейрахой – Юрт (В. Камбилеевское). Сожжено и разрушено более 12700 домовладений, принадлежащих ингушам.

Ингуши потеряли все, что было нажито ими по возвращении после 13 лет каторги, после депортации 1944 года.

Без вести пропавшими к концу декабря 1992 года оставались 837человек. В ходе следственных мероприятий, которые были начаты Генеральной прокуратурой РФ с ноября 1992 года, найдены некоторые места массовых захоронений на территории Северной Осетии. Родственниками убитых опознаны 655 человек Сотни человеческих останков, вывезенных в Ингушетию были с вырезанными внутренними органами.

Здесь – список 175 ингушей, захваченных в начале ноября 1992 года осетинскими боевиками и чья судьба остается неизвестной http://www.mashr.org/wp-content/uploads/2011/05/1111111111.pdf

Однако убийства и похищения в Пригородном районе, в том числе детей, продолжались на протяжении последующих лет, и ни один из преступников, участвовавших в геноциде, не осужден по сегодняшний день. Так, в 1994 году, 19 мая, в числе шестерых ингушей, похищенных сотрудниками МВД Северной Осетии во Владикавказе, была 16-летняя Лида Мурадовна Хадзиева.

Здесь – Правозащитный центр “Мемориал” на своем сайте опубликовал данные о ситуации в зоне конфликта на 1995 год.
http://www.memo.ru/hr/hotpoints/ingushi/Index.htm

Только с 2005 по 2008 год, на территории Пригородного района и Владикавказа по национальному признаку были похищены 23 человека.
По данным Правозащитной организации “МАШР”, с 2002 года по 2013 год всего пропало 223 человека, часть из которых, похищены на территории Пригородного района и Северной Осетии. Последний в этом списке, увезенный неизвестными в масках 9 декабря 2013 года, 29 – летний спортсмен из с.Майское, Ахмед Бузуртанов, отец и старший брат которого были уведены осетинскими боевиками в ноябре 1992 года
Здесь – список похищенных reports/ischeznoveniya-i-pohishcheniya-lyudey-na�territorii-respubliki-severnaya-osetiya-alaniya

Десятки лет копятся проблемы возвращения и обустройства тысяч граждан вынужденных покинуть свои жилища. Выросло не одно поколение молодых людей, оставшихся без детства и юности, взрослевшие в тревогах и опасениях за свою жизнь и жизнь близких. Ситуация незащищенности и дискриминации по национальному признаку сохраняется все время.
За 24 года, ценой неимоверных усилий, сумели вернуться в Пригородный район 23 430 человек, но в 8 сел, являвшихся местами их постоянного проживания, ингушей не пускают. Большинство их домов стерто с лица земли, а в некоторых из сохранившихся, проживают осетины. Большая часть беженцев остается в Ингушетии, или разъехалась по всему миру.
Судьба без вести пропавших – самая засекреченная информация о событиях 1992 года. Практически все пропавшие без вести – заложники, разными путями попавшие в руки боевиков, которые находили их по заранее составленным спискам, где были указаны адреса проживания, место работы, количество членов семьи. В основном, эти люди были захвачены из собственных домов. Судьбу каждого из них можно отследить через родственников, которые практически все знают, как и когда пропали люди. Все упирается в следствие. Власти не хотят довести его до конца. Потому, что вывод однозначен – имели место массовые убийства людей по национальному признаку, то есть, геноцид. Однако, это не означает, что люди перестанут надеяться и искать своих родных. И потому мы обращаемся ко всем людям доброй воли, к журналистам, правозащитникам, общественным и политическим деятелям. Не дайте замолчать геноцид ингушского народа! Ингушская общественность требует ответа на многие вопросы, в том числе: «Почему не осуждены виновники, те, кто стоял у власти, чинил зверства, изгонял народ с его родины? Почему не осужден ни один убийца детей, женщин?» Не ответить нельзя. Уповать на то, что “время все расставит на свои места, залечит раны” – абсолютное заблуждение. Только принципиально независимая правовая оценка вооруженных действий в отношении мирного ингушского населения осенью 1992 года, непредвзятые следственные и судебные процессы массовых уголовных преступлений и последующее наказание преступников могут изменить ситуацию, открыть перспективу доброго совместного сосуществования и положить конец межнациональной напряженности.

Преступления против человека и человечности могут затронуть каждого из нас. Ужас массовых преступлений настигает людей, где бы они ни жили. Поэтому сегодня важен голос каждого Человека, требующего не прикрывать преступления, а расследовать их. Мы призываем вас, не допустить дальнейшего разрушения принципов человечности, прав на защиту жизни и достоинства человека.

  Хава Хазбиева – режиссер;

   Магомед Муцольгов – председатель Координационного совета неправительственных организаций Республики Ингушетия;

   Руслан Муцольгов – председатель Ингушского регионального отделения «РОДП «ЯБЛОКО»;

   Баматгирей Манкиев – председатель Ассоциации жертв политических репрессий Российской Федерации;

   Руслан Парчиев – председатель Союза пострадавших от геноцида;

   Ваха Чапанов – директор Информационного агентства «МАКСИМУМ»;

   Исса Кодзоев – Народный писатель Ингушетии;

   Муса Мальсагов – член Исполнительного комитета Координационного совета неправительственных организаций Республики Ингушетия;

   Малика Бацаева – директор Центра социальных программ «Женская инициатива»;

   Залина Дзейтова – президент Ассоциации учителей Ингушетии;

   Зарема Героева – директор Центра социального развития «Женская солидарность»;

   Багаудин Хадзиев – общественный деятель;

   Сараждин Султыгов – председатель Региональной общественной организации «МЕХК-КХЕЛ»;

   Тамерлан Абадиев – председатель Союза репрессированных народов России;

   Мурат Даскиев – председатель Совета тейпов ингушского народа;

   Багаудин Хаутиев – председатель Совета молодежных организаций Республики Ингушетия;

   Муслим Хашагульгов – председатель Регионального общественного движения «Новое время»;

   Ибрагим Евлоев – представитель Комитета вынужденных переселенцев из Республики Северная Осетия – Алания в Республике Ингушетия;

   Пятимат Хашагульгова – блогер;

   Барах Чемурзиев – общественный деятель;

   Ахмед Барахоев – общественный деятель;

 

An Appeal of the Ingush Community

to All the People of Good Will, Journalists, Human Rights Activists,

Public Figures and Politicians

   This year, the 30th of October marks the 24th anniversary of the Black Autumn of 1992, the grievous tragedy of the Ingush people.

On that day a total ethnic cleansing of Ingush nationals living in the Prigorodny district of South Ossetia started. 70.000 people were forced to flee their homes, 1.500 were killed, and in 175 cases their whereabouts are still unknown. These are the sad results of those days. Officially, it is the Ossetian-Ingush conflict. In fact, it is a genocide. Regular troops of the Russian Army, local Republican Guards enforced with  heavy vehicles, forces of the Ministry of Interior, and North Ossetian militiamen, as well as “South” Ossetian paramilitaries who arrived from abroad, namely from Georgia. It was a genocide, i.e. mass murder of people of certain ethnic origin, and deliberate arrangements designed for physical destruction and irreversible expulsion of Ighushs from the territory of their permanent residence.

Age, gender, or status of the victims meant nothing to the butchers. Only their ethnicity. Families were murdered, people were killed at workplaces, got off trains, caught in airports, taken from hospitals, and even mothers with newborns were captured at maternity homes. They robbed and blew up houses, fired heavy guns at point-blank range; haunted after people in fields and run them over with tanks; tortured, raped and burned alive those who got caught. The local authorities organized concentration camps all over North Ossetia, and more than 20.000 Ingushes were brought there; whole streets and neighborhoods were taken away according to hit lists prepared in advance.

All this took place in the new, “democratic” and “liberated” Russia. The Russian Army participated in this upon the pretext of peace-keeping mission. Weapons of mass destruction, including those banned by international conventions, were used against civilians: there is evidence of military personnel about the use of 3Sh1 missiles with multiple killing elements.

18 villages of the Prigorodny district, densely populated by the Ingushes, were destroyed in full or in part. Those are Angusht (Tarskoe), Bazorkino (Chermen), Tsokoy-Yurt (Dongaron), Yandievo (Dachnoe), Gadaborshevo (Kurtat), Sholhi (Oktyabrskoe), Galgay-Yurt (Kambileevskoe), Ahki-Yurt (Sunzha), Tauzen-Yurt (Kongaron), Redant, Chmi, Balte, Popov Khutor, Yuzhny, Terk (Dlinnaya Dolina), Chernorechenskoe, Plany (Kartsa), Dzheyrahoy-Yurt (Verkhnee Kambileevskoe). More than 12700 Ingush households were burnt or demolished.

The Ingushes lost everything they earned after 13 years of exile, after the deportation of 1944.

837 people were still counted missing by the end of December 1992. During the investigation started in November 1992 by the Russian Prosecutor General’s Office some places of mass burials in North Ossetia were found. 655 people were identified by their relatives. Hundreds of bodies taken to Ingushetia lacked internal parts.

Here you can find the list of 175 Ingushes captured by the Ossetian militants in November 1992, whose fate is unknown to date: http://www.mashr.org/wp-content/uploads/2011/05/1111111111.pdf

Moreover, the killings and abductions, of children in particular, continued in the Prigorodny District in the following years, and none of the criminals that took part in the genocide are convicted so far. For one, on the 19th of May, 1994, sixteen years old girl called Lida Muradovna Khadzieva appeared to be among six Ingushes captured by the North Ossetian policemen in Vladikavkaz.

The Memorial Human Rights Center published their findings about the situation in the conflict zone in 1995: http://www.memo.ru/hr/hotpoints/ingushi/Index.htm

Only between 2005 and 2008, 23 people were abducted on account of their ethnic descent in the Prigorodny District and in Vladikavkaz.

According to MASHR human rights organization, in total 223 people disappeared from 2002 to 2013, some of them were abducted in the Prigorodny District and in North Ossetia. The latest case is of Akhmed Buzurtanov, 29 y.o., abducted by unidentified masked people. His father and elder brother were taken away by the Ossetian militants in November 1992.

This is the list of the abducted:   reports/ischeznoveniya-i-pohishcheniya-lyudey-na�territorii-respubliki-severnaya-osetiya-alaniya

For those who had to leave their houses, returning and arranging their households are the problems that accumulate for decades. Several generations had no childhood and adolescence, grew up in anxiety and fear for their lives and the lives of loved ones. Insecurity and ethnic discrimination constantly remain.

In 24 years, at the cost of unwearied pains, 23.430 people managed to return to the Prigorodny District. However, the Ingushes are not allowed to eight villages where they used to live. Most of their houses were leveled to the ground, and the Ossetians now live in those that remained. Most of the refugees stay in Ingushetia, others have spread all over the world.

The fate of the missing is the most secret part of information about the events of 1992. Almost all of them were hostages who, in a number of ways, were found by the militants that used the pre-set lists with their house addresses, job locations, family sizes. Most of them were captured at home. Every fate may be traced thanks to the relatives that know when and where those people were abducted. It’s all about the criminal investigation. The authorities don’t want to bring it to an end. Because the conclusion will be unambiguous: mass murders on account of their ethnic descent, i.e. genocide, took place. However, it doesn’t mean that people will give up on hoping and searching for their dear ones. And that is why we appeal to all the people of good will, journalists, human rights activists, public figures and politicians. Do not let the genocide of the Ingush people to be hushed up! The Ingush community demands the answers to many questions, such as: why is no one brought to justice of those responsible, who were in power, who expelled a people from its homeland? Why is no single murderer of children and women convicted? One cannot avoid answering these questions. It is a pure delusion to rely on the thought that “time will set things straight, will heal the wounds”. A truly independent legal evaluation of the armed actions against Ingush civilians in autumn of 1992, impartial investigations and court proceedings on large-scale criminal offences, followed by punishments of the guilty, are the only way to change the situation, to open a prospect for good co-existence, and to put a stop to ethnic tensions.

Crimes against humanity can affect any of us. The terror of mass crimes finds people wherever they live. This is why it is so important today to hear the voice of every Human being who demands the crimes to be investigated, not covered up. We call out to prevent the further demolition of principles of our mankind, of the human right to life and dignity.

Hawa Khazbieva – stage director;

   Magomed Mutsolgov – Chairman of the Coordination Council of NGOs of the Republic of Ingushetia;

   Ruslan Mutsolgov – Chairman of the Ingush regional branch of “RODP” Yabloko “;

   Bamatgirey Mankiyev – Chairman of the Association of Political Repression Victims of the Russian Federation;

   Ruslan Parchiev – Chairman of the Union of the victims of genocide;

   Wakha Chapanov – Director of the Information Agency “maximum”;

   Issa Kodzoev – People’s Writer of Ingushetia;

   Musa Malsagov – Member of the Executive Committee of the Coordinating Council of NGOs of the Republic of Ingushetia;

   Malika Batsaeva – Director of the Center of social programs “Women’s Initiative”;

   Zalina Dzeitova – the president of Association of teachers of Ingushetia;

   Zarema Geroeva – Director of Social Development Center “Women’s Solidarity”;

   Bagaudin Khadziev – social activist;

   Sarazhdin Sultigov – Chairman of the “Mekhk-Khel” Regional public organization;

   Tamerlan Abadiev – Chairman of the Union of the repressed people of Russia;

   Murat Duskiyev – Chairman of the Board of clans of the Ingush people;

   Bagaudin Hautiyev– Chairman of the Council of Youth Organizations of the Republic of Ingushetia;

   Muslim Khashagulgov – Chairman of the Regional Public Movement “New time”;

   Ibragim Yevloyev – a representative of the Committee of IDPs of the Republic of North Osetiya in the Republic of Ingushetia;

   Pyatimat Khashagulgova – blogger;

   Barah Chemurziev – social activist;

   Ahmed Barakhoev – social activist;

 ГIалгIайче

2 comments

  1. Историк

    СВИДЕТЕЛЬСКИЕ ПОКАЗАНИЯ

    Т.ИЛЬЯСОВ:

    — Приблизительно с начала сентября 1992 года в с.Октябрьское по указанию республиканских властей был создан комитет обороны, который организовал обучение умению обращаться с оружием и боевой техникой лиц мужского пола осетинской национальности. Лиц русской, ингушской и какой-либо другой национальности не допускали. На базе этого комитета обучали ополченцев, которые ежедневно ездили на БТРах по населенным пунктам Пригородного района.

    Во второй половине октября жители с.Октябрьское осетинской национальности семьями и в одиночку начали куда-то уходить из села. В ночь с 30 на 31 октября началась интенсивная стрельба. И я понял, что начался конфликт между ингушами и осетинами.

    Р.БАРАХОЕВА:

    — С 31 октября по 1 ноября мы скрывались в подвалах своих домов. А 1 ноября мы решили собраться в районе консервного завода. Заметив нас, подъехал один БМП и начал стрелять. Мы снова попрятались. Потом к нам прислали парламентера. Он приказал нам выйти, обещал, что нас вывезут в безопасное место. Мы поверили и вышли из подвала. Погрузили нас в два «КамАЗа» и повезли куда-то. Почувствовав, что нас везут совсем в другом направлении, ребята запротестовали. Конвой начал предупредительно стрелять.

    Нас привезли в с.Сунжа и поместили в спортзал сельского клуба. Всего нас было 400 человек.

    В первые сутки нам ничего съестного не давали. Спали и сидели мы на холодном полу. С нами были женщины с грудными детьми. Так продолжалось 6 суток. А потом была последняя чистка. К нам зашли боевики с красными повязками и увели всех мужчин. Мы объявили голодовку, хотя мы и так голодали. Но и это не помогло.

    И.МУРЗАБЕКОВ:

    — 31 октября около 14 часов в сторону села Октябрьское из военного городка Спутник прошла колонна танков, а за ними 16 машин «скорой помощи». Танки, как стало известно потом, принадлежали российским внутренним войскам. За санитарными машинами шли бронетранспортеры. Через 15-20 минут танки развернулись на перекрестке, подошли к мосту и начали прямой наводкой бить по п.Карца. Первым залпом был начисто срезан огромный тополь и буквально разорван юноша 17-18 лет Эсмурзиев. Танки сменили БТРы, установки «Град», «Алазань», пушки, смонтированные на вездеходах. Обстрел продолжался 3-4 дня.

    С. и Р. ОСМИЕВЫ:

    — Нас из дома забрали 1 ноября. Увезли в с.Сунжа. Кормили один раз в сутки кусочками хлеба и водой. В помещении, где нас содержали, было очень грязно, дети болели. Кударцы заходили и стреляли в потолок. Наши дети были в психическом шоке.

    Российские солдаты были в стороне. Их постоянно поили аракой. Осетины постоянно угрожали нам: «Хотели землю? Теперь ешьте ее и пейте свою кровь. Расскажите обо всем назрановцам! Ни чеченцам, ни другим вы не нужны».

    Нас было примерно 800 человек в тесном помещении. 8 ноября к нам привезли еще один полный автобус заложников. Сейчас там осталось примерно 150 человек…

  2. Как все было

    Нах-Халакабар: интересы и цели сторон

    В событиях 1992 года в самом начале Нах-Халакабара ингуши оказались разменной монетой в руках Москвы, Грозного и оккупированного Бурув-Г1ала (Владикавказ) во многом благодаря тому, что после объявления независимости Чеченской республики ингушские районы, которые были административно привязаны к Грозному, оказались в подвешенном состоянии. Началась эпоха безвластия, которой и воспользовались хищники как севера, так и с востока, так и с запада. Как говорил ВВП, слабого бьют.

    Ингуши, находившиеся при должностях в Грозном в бытность ЧИАССР, с объявлением независимости Чеченской республики были оттуда постепенно или вытеснены, или изгнаны, или убиты. Их места заняли спустившиеся с гор бездельники. Таким образом они не могли оказать помощь, когда началась заваруха.

    В самой Чечне, как и во всем пост советском пространстве, Ислам давно выветрился, люди практиковали открытое идолопоклонство в виде устазопоклонства, но при этом называли себя мусульманами. Менталитет людей был сформирован коммунистической партией в виде homo soveticus-а, другого они не знали, и соответственно действовали согласно этому менталитету, хотя и декларировали совсем другое, например демократию или Исламское государство.

    Менталитет homo soveticus-а привел к тому, что в тот мрачный период чеченцы позабыли и о традиционно братских отношениях между вайнахами. С приходом к власти Дудаева в Чечне установился националистический беспредел, начало которому заложили чеченские интеллигенты во время своих выступлений в грозненском цирке на очередном съезде ОКЧН (Общенациональный конгресс чеченского народа) и который наиболее ярко выразили сами чеченцы «Русских — в Рязань, татаров — в Казань, ингушей — в Назрань». Именно с тех пор чеченцы стали отвергать слово вайнах. Такого не было даже при коммунистах.

    Есть еще один важный момент, который я хотел бы упомянуть. Во время перестройки в книжных магазинах Грозного, как и по всей стране, появились ранее запрещенные издания. Их было много. Коммунисты столь долго внушали людям ложь, что когда наконец-то преграда прорвалась, все эти запрещенные коммунистами книги хлынули на умы людей лавиной. Была в это лавине и известная брошюрка Маккиавелли «Государь». Можно не сомневаться, что ее прочитали и новые руководители независимой Чеченской республики и соответственно возомнили себя вершителями судеб человеческих. Едва освободившись от русского ига, чеченское руководство стало примерять это иго к кому бы вы думали? Да к тому, кого они посчитали слабыми, то есть к ингушам.

    Вот такая вкратце была ситуация перед началом Нах-Халакабара. А вот интересы и цели сторон.

    1) Ослабевшая Русня желала вернуть Чечню под свой контроль любой ценой, а все остальное было для нее второстепенным.

    2) Чечня желала чеченизировать ингушей для консолидации чеченского этноса с дальнейшим походом на восток и запад Кавказа с целью создания Великой Чечни от моря до моря. Ингушей чеченцы называли каким-то там по счету (кажется 12-ым) чеченским тукхумом. Соответственно, создание в июне 1992 года Ингушской республики было воспринято ими болезненно. На аргумент ингушей о необходимости возврата Западной Ингушетии они отвечали так: «Давайте с нами, оставьте пока Пригородный район, а там со временем заберем его назад». Конечно заберем, ведь не только Пригородный, но и весь Северный Кавказ должен был стать Великой Чечней. Это была чистая авантюра, которой и заразился чеченский народ.

    3) Самую хитрую и по-осетински подлую игру вели главари осетинов. И дело тут не в их исключительном уме, осетины на Кавказе слывут идиотами. Еврейские корни осетин вкупе с заложенным осетином Джугаевым (партийная кличка «Сталин») осетинским лобби во властных структурах Русни, а также их племенные связи со своими еврейскими кузенами в Москве давали им широкие возможности, которыми они и воспользовались, заставив наплевать самих русских на их же русские законы. Они вели двойную игру. Москве, которая смутно понимала, что происходит на месте, они предложили идею использовать ингушскую карту для того, чтобы спровоцировать чеченцев прийти на помощь ингушам, которых следует подвергнуть геноциду и этнической чистке по имеющемуся у русских свежему боснийскому опыту. Хорошо известно, что геноцид боснийцев проводился сербами при активном участии засланников Москвы. Для того, чтобы эта идея сработала, этническую чистку требовалось провести с особой жестокостью в соответствии с предписаниями из библии, не мешая распространять новости об убитых детях, брошенных осетинским свиньям на съедение, о замученных стариках и женщинах. По задумке, горячие чеченцы, услышав об этих ужасах, должны были броситься помогать своим братьям-ингушам, давая повод Ельцину ввести войска в Чечню. Ельцин тогда мог бы кричать, что на беззащитную и пушистую Русню напали коварные враги, вооруженные ядерным и прочим всевозможным оружием массового поражения. Для того, чтобы Москва в это поверила, осетины подключили своих еврейских соплеменников в Москве. В дело пошло все: и подкуп чиновников и генералов, принимавших решения, и водка для Ельцина, и оголтелая антиингушская пропаганда на ТВ и прочих СМИ.

    Чеченцам же осетины говорили совсем другое. Главари осетин знали, что чеченцы не против того, чтобы ингушей побили как следует в надежде на то, что ингуши кинутся в братские объятия чеченцев, видя, как Русня их кинула, пообещав вернуть земли законом «О реабилитации репрессированных народов». Осетины решили этим воспользоваться, чтобы нейтрализовать чеченцев в предстоящей мясорубке ингушей. Связным между главарями осетин и чеченским руководством был Юсуп Сосламбеков, формальный глава парламентского комитета по иностранным делам (был там такой комитет). Он действовал под прикрытием существовавшим на бумаге так называемой Конфедерации горских народов Кавказа.

    Пользуясь этим прикрытием, к нему зачастили посланцы из Осетии с целью координации их действий с чеченским руководством. В дни геноцида у него постоянно находился осетин, тоже член бумажной Конфедерации. Сам Сосламбеков тоже наведывался к осетинам во Владикавказ, которые щедро оплатили его услуги, потому что предательские дела без материальной компенсации не происходят. Для того, чтобы убедить чеченцев в их искренности, осетины «по секрету» предупредили чеченцев на помощь ингушам не приходить, так как Москва ищет повода для нападения на Чечню. Таким образом осетины обезопасили себя от чеченцев, нейтрализовав их от участия в готовящейся в Москве и Владикавказе мясорубке. Само собой разумеется, что бить безоружных ингушей сами осетины, вооруженные до зубов Руснёй, не собирались. Очень страшно. Бить ингушей будут рабы евреев и осетин — русские, а вот добивать беззащитных раненых, детей, стариков и женщин — это да, это они, осетины, умеют.

    На самом деле главари осетинов были заинтересованы в том, чтобы Москва напала и раздавила Чечню, больше, чем в том, чтобы разделаться с ингушами. Чеченцы же по-своему тоже хотели обмануть осетинов. Чеченизировав ингушей, они собирались создать Великую Чечню от моря до моря, в которую по задумке войдет и Осетия, которую они собирались оккупировать.

    Чеченское руководство честно выполнило все пункты своего заговора с осетинами и в конфликт не вмешалось. Никакой мало-мальской помощи ингушам оказано не было. Более того, антиингушская пропаганда и истерия на ТВ и прочих СМИ Чечни набрала постыдные обороты, о которых тяжело вспоминать.

    Замечу снова, что в самой Чечне стоял тотальный бардак. Падение нравов было полнейшим и невиданным до сих пор на Кавказе. И это было результатом создания нового человека — homo soveticus. Достаточно упомянуть один факт. Уже после геноцида ингушей в горах Чечни произошло землетрясение. Жители некоторых сел потеряли кров, дома. Никто в Чечне им не помог. Руководство бездействовало, республиканские еще от ЧИАССР структуры не работали, в высоких кабинетах сидели одинокие чабаны, спустившиеся с гор, которые заняли кресла начальников и ждали манны небесной в то время, как все работники госструктур разбежались в другие регионы Русни, а руководителей ингушской национальности в Грозном уже давно выгнали со всех своих постов.

    И вот в это время к чеченцам, попавшим в беду, неожиданно пришла помощь. Пришла она от ингушей, которых только что подвергнули геноциду.

    В заключение я хотел бы упомянуть имя первого амира Имарата Кавказ Докку (Абу Усмана) Умарова (шахид ин ша Аллах). Провозгласив на Кавказе Исламское государство Имарат Кавказ, он лишил всякого смысла антиисламские националистические споры, выбил почву под ногами националистов всех мастей и цветов. Кроме того, он своим указом восстановил историческую справедливость, упразднив вилайат Иристон и передав его территорию в состав вилайата Г1алг1айче.

    ***

    Передают со слов Абу Хурайры, да будет доволен им Аллах, что посланник Аллаха, да благословит его Аллах и да приветствует, сказал:
    Мусульманин мусульманину брат, и он (не должен) ни предавать его, ни лгать ему, ни оставлять его без поддержки. Для каждого мусульманина (должны быть) неприкосновенными честь, имущество и жизнь другого мусульманина, а богобоязненность скрыта здесь.1 Достаточно будет вреда тому человеку, который презирает своего брата в Исламе!»2 (Этот хадис приводит ат-Тирмизи, который сказал: «Хороший хадис».)

    1 То есть: в сердце.
    2 Имеется в виду, что презирающий мусульманина причиняет вред самому себе, совершая большой грех, поскольку, как указывается в Коране, человека почтил Сам Аллах.

    Рияд-ус-Салихиин

Leave a Reply

Вы можете оставить комментарий как зарегистрированный пользователь или без регистрации, но в последнем случае ваш ник не может быть закреплен за вами. Комментарии содержащие ненормативную лексику, оскорбления будут удалены. Текст набранный заглавными буквами, слишком длинный комментарий также не пройдут.